Внутри разрыва. Интервью с Катей Савиной и Татьяной Матвеевой о выставке «Как будто что-то было»

В калининградской галерее «Барн» при поддержке фонда «СФЕРА» открылся групповой проект «Как будто что-то было». Выставка исследует феномен памяти, искажение восприятия и состояние разобщенности, когда обилие внешних стимулов и информационного шума парадоксальным образом лишает нас контакта с реальностью. Площадкой для тотальной инсталляции стало уникальное 103-летнее здание бывшего немецкого производства, где следы прошлого на балках и фасадах стали полноценными соавторами проекта. Мы поговорили с куратором проекта Катей Савиной и основательницей пространства «Барн» Татьяной Матвеевой о том, зачем лишать зрителя подсказок, как заставить пространство играть против логики и почему художникам понравилась умышленная разобщенность.

 

Работы в экспозиции описаны как «фрагменты несобранной структуры». Каким образом вы выстраивали мизансцену выставки в независимом пространстве «Барн»? По какому принципу они рифмуются друг с другом, если устойчивой связи между ними нет?
Катя Савина: Я хотела, чтобы эта выставка была похожа на такой мистический генератор случайных чисел. Вы ходите по ней и соединяете в своей голове полученный в каждой отдельной точке опыт. Примерно так работает память, как отдельные фрагменты, между которыми могут возникать связи и сомнение в том, что именно так всё и было.

Как само пространство «Барн» (его архитектура, свет, атмосфера) дополняет концепцию пустоты или отсутствия контакта? Было ли это пространство выбрано изначально под проект, или концепция адаптировалась под него?
Катя Савина: Мне пришлось подчинять пространство общей идее проекта. Я чаще всего работаю с контекстом и с тем, что уже дано. В прошлом году я приезжала в «Барн» участвовать вместе с художником и уже представляла, как оно выглядит. Когда я начала работать над проектом, я уже понимала пространство и его сложности. Все решения были заранее продуманы исходя из его возможностей. Мне было важно встроить архитектуру «Барна» в саму структуру проекта. Я работала со светом, вначале перекрывала зал, изолировала некоторые комнаты.

Татьяна, вопрос к вам. «Барн» известен как независимое культурное пространство. Как кураторский замысел выставки «Как будто что-то было» с ее темой «ускользающих связей» срезонировал с характером самого места? Легко ли пространство впустило в себя эту концепцию?
Татьяна Матвеева: Мне кажется, эта связь возникла совершенно естественно. Когда мы начали обсуждать выставку с куратором Катей Савиной, темы «ускользающих связей» еще не было. Но Катя уже была в «Барне», я рассказала ей историю здания, показала фотографии, и постепенно кураторская идея стала резонировать с самим пространством. Сараю, в котором находится «Барн», в этом году исполнилось 103 года. За это время он успел побыть частью немецкой катушечной фабрики, потом частью советского производства, далее стал ВНИИ Электротранспорта, а потом и просто складом: и каждый период оставил после себя какие-то следы. Когда я взяла его в аренду, он фактически стоял и ждал нового смысла. Поэтому название «Как будто что-то было» мне кажется очень точным для «Барна». Здесь действительно в каждом углу — на балках, фасаде, в окнах — можно почувствовать, что раньше здесь была другая жизнь. И выставка как будто вступает с этими следами прошлого в свой собственный диалог.

Зритель здесь оказывается полноценным элементом выставки — он «внутри разрыва». Задумывали ли вы для него конкретный сценарий перемещения, или экспозиция предполагает блуждание в хаотичном порядке?
Катя Савина: Конкретного маршрута нет, в этом и суть. Мне важен центр этой хаотичной структуры. Коридор становится камертоном выставки, где зритель пропитывается ощущением иллюзии, рассматривая ии-фото работы Милагрелии из серии «Анемоя», постепенно начинает сомневаться в реальности увиденного и потом заходит в комнаты с работами других художников. В конце коридора находится альбом «Семья, которой нет», который продолжает эту линию и погружает в фиктивный мир.

На выставке собрался очень интересный и разнородный состав участников. Как происходил отбор работ? Художники создавали новые произведения специально под ваш кураторский манифест, или вы собирали выставку из уже готовых объектов, пересобирая их контекст?
Катя Савина: У «Барна» есть очень хороший пул художников, с которыми они постоянно и активно работают. Я позвала к участию JöN, Машу Кобрину, Мишу Барановского, Gri и SOLDADOR3000. С большинством была знакома лично, и для меня было важно и, главное, интересно включить местное художественное сообщество в эту работу. При этом мне хотелось немного расширить круг участников. Я пригласила к проекту Милагрелию, Полину Вайнер и Антона Черникова из других городов, чтобы усилить проект и добавить в него новые художественные практики. Мне было интересно, как они будут взаимодействовать внутри одной истории.

Как авторы отнеслись к идее, что их работы не должны образовывать со структурами соседей «устойчивой связи»? Сложно ли было художникам принять концепцию умышленной «разобщенности» в рамках единого проекта?
Катя Савина: Дело в том, что большинство работ экспонированы отдельно, в мастерских, поэтому это не было какой-то проблемой. По отзывам художников, им, наоборот, понравилась и эта разобщенность, и то, что у работ не было этикеток. На входе в комнаты только название проекта. Некоторые из художников когда-то входили в одну арт-группу, поэтому было даже интересно посмотреть, как они снова окажутся рядом друг с другом.

В рамках выставки исследуется состояние, когда при обилии стимулов (музыка, объекты, люди) контакт с происходящим не возникает. Как вам кажется, это черта нашего времени (перенасыщение информацией, диссоциация) или универсальное экзистенциальное состояние человека?
Катя Савина: В проекте я исследую то, как мы фиксируем происходящее в памяти и что в итоге оставляем для себя. Я, конечно, работаю с контекстом современности, где нас окружает огромное количество шума. Это безусловно влияет на наше восприятие. Но мне интересен момент, когда восприятие сохраняет отдельные фрагменты, прокручивает их, достраивает между ними связи и что-то искажает. Здесь могут пересекаться постпамять, онтологическая неуверенность и эффект зловещего. Знакомое вдруг становится несколько чужим, и именно эта неопределенность меня волнует.

Проект говорит об «ускользающей логике». Не боялись ли вы, что зритель, не нащупав привычных связей, почувствует отторжение или фрустрацию? Как куратор — как вы балансируете между автономией работ и необходимостью вести зрителя за собой?
Катя Савина: Ну, вы говорите как раз о том, чего бы мне хотелось добиться. Мне интересно, чтобы зритель не получил готовую систему связей. В этом и возникает определенная фрустрация, когда ты пытаешься понять, как все связано между собой, а устойчивой логики не находишь. При этом мне важно не лишить зрителя возможности войти в этот мир. Поэтому я скорее создаю условия для такого опыта, чем веду его по заранее заданному сценарию.

Татьяна, как создательница площадки, вы ежедневно видите здешнюю публику. Как калининградский зритель реагирует на подобные сложные, экспериментальные проекты, где его не ведут за руку, а оставляют «внутри разрыва»? К какому опыту вы хотите его подтолкнуть?
Татьяна Матвеева: В «Барне», в принципе, все проекты экспериментальные. Я стараюсь давать кураторам и художникам максимальную свободу, а наш главный принцип — сотворчество. Здесь невозможно просто привезти готовую выставку, смонтировать ее и уйти: сам монтаж становится частью творческого процесса. В начале недели мы не всегда знаем, каким проект окажется в ее конце. Мне кажется, наша публика уже это чувствует и приходит сюда именно за таким опытом. У нас сформировался круг зрителей, которым интересно не получить готовый ответ, а подумать, поспорить, что-то почувствовать и, возможно, увидеть привычные вещи немного иначе. Наверное, именно к этому опыту мы и хотим подтолкнуть — к расширению собственных внутренних границ. Когда искусство заставляет человека задуматься о себе и о том, что с ним происходит.

Выставка проходит в Калининграде при поддержке фонда «СФЕРА». Насколько для вас важно, что этот проект реализуется именно здесь, в специфическом культурном и географическом контексте Калининграда?
Катя Савина: Я рада, что это происходит именно в Калининграде, и во многом вдохновлялась самим городом. Это как раз тот случай, когда не так просто разобраться в исторической памяти места. Тут разные эпохи существуют рядом, при этом между ними нет очевидной преемственности. Город ощущается как отдельный остров, находящийся между Европой и Россией. Мне кажется, это очень созвучно тому, что происходит в проекте. Есть отдельные фрагменты, которые мы пытаемся соединить между собой, восстановить какую-то связь, понять, как все это было. И не всегда это возможно. Мне было интересно работать с этим ощущением и не давать на него однозначного ответа.

Татьяна, расскажите, как сложилось сотрудничество с фондом «СФЕРА»? Насколько сложно независимой калининградской площадке выстраивать диалог с крупными институциями и фондами, и что эта синергия дает проекту?
Татьяна Матвеева: С фондом «СФЕРА» мы познакомились в прошлом году, благодаря художнику и куратору Славе Нестерову. Он вместе с Сергеем Гуськовым захотел реализовать поддержанный фондом выставочный проект именно в «Барне» — так и началось наше сотрудничество с Аней Зыкиной и командой «СФЕРЫ». Для меня это не только поддержка проекта, но и возможность профессионально расти. Я многому научилась у Ани и кураторов фонда — от построения экспозиции и работы с аудиторией до пиара и организации самого процесса. Сложно ли независимой площадке работать с крупными фондами? Не знаю — у меня пока недостаточно такого опыта, чтобы об этом судить. Но со «СФЕРОЙ» диалог сложился очень легко и, на мой взгляд, дал проекту гораздо больше, чем просто финансовую поддержку.

Интервью: Евгения Зубченко
Фотографии: пресс-служба культурного пространства «Барн»