«Важнее всего увидеть новые и свежие идеи». Виктор Жиляев о III резиденции «МЕЛЬНИЦА × СФЕРА»

Что, если город — это не просто улицы и здания, а сложная система памяти, привычек и скрытых историй? Как «прочитать» его культурный код — и превратить разрозненные символы (от индустриального наследия до речных пейзажей) в живой современный нарратив? До 9 марта открыт прием заявок на участие в III резиденции «МЕЛЬНИЦА × СФЕРА» (Ульяновск). В преддверии старта проекта мы поговорили с Виктором Жиляевым — программным директором резиденции и заведующим Молодежным центром современного искусства (МЦСИ). Он рассказал, как художники превратятся в «археологов городской идентичности» и какие скрытые сокровища им предстоит обнаружить.

Как вы формулируете главный исследовательский вопрос III резиденции «МЕЛЬНИЦА × СФЕРА»? Что именно в Ульяновске вы предлагаете художникам «раскодировать» через искусство — и почему сейчас это особенно актуально?
Виктор Жиляев: Главный исследовательский вопрос резиденции связан с попыткой понять, из чего сегодня складывается культурный код Ульяновска. Мы рассматриваем город не только как архитектуру или исторические символы, а как сложную систему памяти, привычек, локальных историй и образов. Сейчас у города есть несколько ярких маркеров, например В. И. Ленин, индустриальное наследие УАЗа и других заводов/мануфактур, природный ландшафт двух рек (Волги и Свияги), но они существуют разрозненно и не формируют цельного современного нарратива. Через художественные практики мы предлагаем художникам исследовать эти смыслы и попробовать по-новому «прочитать» город, потому что сегодня культурная идентичность становится важной частью развития территорий и их узнаваемости.

Резиденция сочетает онлайн‑исследование и офлайн‑производство. Какие задачи вы решаете на каждом этапе? Есть ли риски, что дистанционная фаза ослабит связь художников с городом, или, напротив, она дает новые возможности?
Виктор Жиляев: Действительно, работа художников начнется раньше, чем они приедут в город. Для нас важно заранее познакомить их с городским нарративом. Исследовательская часть пройдет в гибридном формате: онлайн в апреле состоятся установочные вебинары, где художники смогут задать вопросы, обсудить реперные точки, а менторы из Ульяновска помогут сориентироваться в локальном контексте. Затем исследование продолжится уже офлайн в первую неделю резиденции. Для участников будут разработаны специальные маршруты по заводам, ключевым городским локациям, селам и пригородным территориям, чтобы они могли найти собственные «места силы» для работы. После этого начинается этап производства проектов. В этом случае дистанционная фаза скорее усиливает резиденцию, потому что художники приезжают уже погруженными в контекст и могут более осознанно выстраивать свою работу с городом.

Вы приглашаете работать с инсталляцией, саунд‑артом, видео, паблик‑артом и междисциплинарными практиками. Есть ли «запретные зоны» или медиумы, которые, на ваш взгляд, не сработают в ульяновском контексте? И почему?
Виктор Жиляев: Выбор медиумов не случаен, на наш взгляд, именно они наиболее точно позволяют работать с культурным кодом города. Часть направлений перешла из предыдущих резиденций, например саунд-арт и видео-арт, потому что именно в этих направлениях появились сильные проекты, которые позже вошли в коллекцию «Молодежного центра современного искусства». При этом мы вводим новое направление «паблик-арт». Я хочу отметить, что при работе с культурным кодом важно чтобы художественные объекты могли выходить за пределы институции и становиться частью городской среды, доступной жителям. При этом мы не ограничиваем художников только заявленными медиумами: если экспертный совет увидит сильные идеи в более традиционных формах, мы готовы рассматривать такие проекты. Если говорить о «красных зонах», то они скорее связаны не с медиумами, а с подходом — важно не разрушать городскую среду, а аккуратно ее дополнять и развивать.

Как строится диалог с местным сообществом? Предусмотрены ли форматы со‑творчества (например, вовлечение жителей в создание объектов), или резиденты работают скорее как наблюдатели и интерпретаторы?
Виктор Жиляев: Диалог с местным сообществом выстраивается в несколько этапов. Во время онлайн-вебинаров мы планируем приглашать местных исследователей (фольклористов, антропологов, краеведов, работников творческих профессий), чтобы художники могли получить более целостное представление о городе. На этапе производства проектов мы также вовлекаем локальных креативных предпринимателей и специалистов, потому что художник не всегда может реализовать идею самостоятельно, и здесь важным становится сотрудничество с местным профессиональным сообществом. Во время итоговой выставки участники резиденции проводят экскурсии, медиации, лекции и другие публичные события, которые напрямую вовлекают жителей города в диалог с проектами.

Какие производственные ресурсы и площадки вы предоставляете резидентам в Ульяновске? Есть ли необычные локации (заброшенные здания, публичные пространства), которые станут «героями» проектов?
Виктор Жиляев: Ульяновск как принимающая сторона предоставляет участникам сразу несколько производственных ресурсов: производственный цех на базе регионального отделения СХР для монтажных и технических работ, а также мастерскую и библиотеку в Молодежном центре современного искусства. Если говорить о возможных локациях, в городе есть очень живописные природные территории — например, острова на реке Свияга, и лично мне было бы интересно увидеть появление художественного объекта в таком пространстве. Но мы выстраиваем коммуникацию таким образом, чтобы выбор площадки в первую очередь исходил из запроса художника, при этом он должен соотноситься с реальными производственными возможностями, устойчивостью объекта к погодным условиям, уровнем публичности и другими практическими факторами.
 

Кто входит в экспертный совет? Как вы балансируете между свободой авторов и кураторской рамкой: есть ли «красные линии» (тематические, этические), за которые проекты не должны выходить?
Виктор Жиляев: Поскольку резиденцию реализуют сразу несколько организаций, для нас важно, чтобы в экспертный совет входили представители всех организаторов — сотрудники Фонда поддержки современного искусства «СФЕРА», АНО «Мельница», Ульяновского областного художественного музея, а также один-два независимых эксперта. Мы стараемся сохранять баланс между свободой художественного высказывания и кураторской рамкой, поэтому «красные линии» достаточно понятны и связаны не с ограничением идей, а с ответственностью за их реализацию: проекты не должны нарушать законодательство России, выходить за пределы этических норм или наносить вред экологическим и функциональным особенностям территории.

I резиденция (2021) объединила 70 участников из России, Германии и Бельгии; II (2022) — 95 художников из Ульяновска. Как изменился запрос художников за эти годы? Что вы переняли из прошлых выпусков, а от чего отказались?
Виктор Жиляев: Запрос художников действительно менялся постепенно. Если первая резиденция в 2021 году больше напоминала формат «открытого института», где образовательная программа во многом формировалась самими участниками и строилась на взаимном обмене опытом, то во второй резиденции мы перешли к формату «свободных мастерских» с шестью направлениями: саунд-дизайн и музыкальные эксперименты, живопись, кураторские практики, авторская фотография, трансдисциплинарные городские исследования в области архитектуры и художественная ситуация. Сейчас мы движемся в сторону более горизонтальной модели взаимодействия, где наставники и менторы скорее помогают участникам развивать идеи и выстраивать проекты, но не выступают в роли преподавателей.

Вы говорите о фиксации культурного кода Ульяновска через искусство. Можете назвать два-три ключевых слоя этого кода (например, революционная история, река Волга, индустриальное наследие), которые, на ваш взгляд, ждут художественной интерпретации?
Виктор Жиляев: Ключевые слои культурного кода Ульяновска, которые мы хотели бы видеть в художественных интерпретациях, включают: индустриальное наследие города; природный ландшафт и историю двух рек — Волги и Свияги, с их «противотечениями» в разных направлениях; нарратив противотечений в истории города, например Ленина и Керенского; коллекцию Ульяновского областного художественного музея; нематериальное культурное наследие — фольклор и антропологию места.

На что смотрит экспертный совет в заявках? Важнее концептуальная проработанность, смелость медиальных решений или способность вписать проект в городской контекст?
Виктор Жиляев: Экспертный совет оценивает заявки по нескольким ключевым критериям: концептуальная проработанность и логическая связность идеи, обоснование проекта и его связь с локальной идентичностью города, а также техническая возможность реализации задуманного. Другими словами, важно не только придумать смелую идею или интересный медиум, но и показать, как проект реально вписывается в городской контекст и может быть реализован на практике. Выставка будет проходить с июля по сентябрь.

Как вы будете решать вопрос с размещением объектов: это будет единая экспозиция или — какие-то объекты могут быть размещены в городе?
Виктор Жиляев: Выставка действительно состоится после основного этапа резиденции, и участники останутся на монтаж экспозиции. Пока сложно заранее сказать, будет ли это единая экспозиция в залах МЦСИ или часть объектов выйдет в городское пространство, но в любом случае все работы будут объединены в общий экспозиционный маршрут, включающий экскурсии, медиации и другие форматы взаимодействия с аудиторией.

Как вы будете оценивать результат резиденции? Это количество созданных объектов, медиаохват, долгосрочные коллаборации художников с городом — или что‑то иное?
Виктор Жиляев: Оценка результатов резиденции у нас довольно гибкая: важнее всего увидеть новые и свежие идеи, которые помогают раскрывать культурный код города. Конечно, нас интересуют и созданные объекты, и медиаохват, и возможности для долгосрочных коллабораций художников с городом, но главное — чтобы резиденция показывала, как современное искусство может работать на благо места и формировать его культурную повестку.

Если представить IV или V резиденцию — какой сценарий вам кажется перспективным? Например, фокус на экологическое искусство, цифровые технологии или работа с нематериальным наследием (истории, мифы, звуки города)?
Виктор Жиляев: Резиденция прошла этап перезагрузки и переосмысления концепции: во-первых, теперь она будет проводиться раз в три года, что позволяет снизить финансовую нагрузку и аккумулировать ресурсы для качественного проведения программы. Во-вторых, мы ориентируемся на запросы художников и актуальные тренды. В-третьих, культурный код города меняется, и будущие резиденции должны это отражать. Например, перспективным направлением может стать работа с нематериальным культурным наследием — это напрямую связано с нашим флагманским проектом, фестивалем-лабораторией русского фольклора «СолнцеСтой», где мы исследуем и актуализируем традиции и практики Ульяновской области.

Интервью: Евгения Зубченко
Фотографии: предоставлены АНО «МЕЛЬНИЦА»